Магазин "Берёзка": голубая мечта советского гражданина


Валютный магазин “Берёзка” на Пречистенке (ранее ул. Кропоткинская), 1990 год

На сегодняшний день всем стало очевидно, что Россия с головой погружается в новый эпизод холодной войны. И война эта идёт в первую очередь на экономических полях сражений. Новые санкции, изоляция экономики от внешних рынков – всё это с каждым днём становится всё серьёзнее.

Один из эпизодов экономических баталий – декларация намерения России отказаться от доллара. Политики и чиновники один за другим заявляют, что пришла пора отказаться от доллара, потому что он недостаточно надёжен, и лучше перейти на расчёты в национальной валюте:

“Мы существенно уменьшили вложения наших резервов в американские активы. По сути, уже доллар, который считался мировой валютой <…>, становится рисковым инструментом для расчётов”.

Министр финансов России Антон Силуанов

“Я считаю, что адекватный ответ (на санкции) – это выстраивание действительно независимой внутренней финансовой системы, которая никак не зависит от международной финансовой системы”.

Замминистра финансов РФ Алексей Моисеев

“Настал момент, когда мы должны от слов переходить к делу, избавляться от доллара как средства взаимных расчётов, заниматься поиском других схем”.

Замглавы МИД России Сергей Рябков

Отдельные аналитики говорят, что новостям о желании России перейти на расчёты в национальной валюте уже обрадовались в Турции, Венесуэле и других традиционных странах-союзниках, валюты которых обесцениваются ещё быстрее, чем рубль. Особенно, конечно, рады в Венесуэле.

От перспектив, открывающихся в стране, которая готова избавиться от доллара, захватывает дух. Всё это уже проходили в СССР не более чем 30 лет назад. Полная “дедолларизация” страны тяжело далась простым людям. И одним из самых ярких примеров последствий рублёвого патриотизма стали магазины “Берёзка”, о которых сегодня пойдёт рассказ.

Родившиеся в 90-х (да и в 80-х) попросту не представляют, каково это – жить в стране без доллара и с тотальным дефицитом. А вот старшее поколение очень хорошо знакомо с этими спорными удовольствиями. В стране со скудным ассортиментом на прилавках, с огромными очередями, с необходимостью “доставать” вещи, выгодно отличающиеся от валенок с галошами, существовал оазис, в котором можно было приобрести практически всё. Это была легендарная сеть магазинов “Берёзка”. “Берёзка” торговала как пищевыми продуктами, так и потребительскими товарами, которые нельзя было купить в других магазинах. В них никогда не было очередей и было прекрасное обслуживание покупателей. Был только один небольшой нюанс: в них не принимали советские рубли.

“Советский Союз остро нуждался в иностранной валюте для закупки всего необходимого для “строительства коммунизма”, объявленного Хрущевым на XXII съезде КПСС. Справиться своими средствами советская экономика не могла. Так, например, с начала 1960-х годов государственные резервы зерна непрерывно сокращались, и СССР стал закупать его за границей. В этом смысле открытие валютных магазинов было для государства способом заработать валюты, и хотя поступления от отдельных граждан не могли стать принципиальным источником валютной выручки, государство, безусловно, считало “Березки” важным для себя ресурсом”.

Радио “Свобода”

“Берёзка” на Тверской (ранее ул. Горького) в 1962 году

Валютная “Берёзка” на Большой Дорогомиловской улице в Москве, начало 1980-х

Магазины “Берёзка” делились на два типа. К первому относились так называемые валютные “Берёзки”. Их могли посещать только высокопоставленные дипломаты, которым разрешалось иметь валюту на территории СССР. Через них государство получало дополнительную валюту в казну страны. В этих “Берёзках” продавались традиционные туристические сувениры – русская водка, икра, предметы народных промыслов. А ещё там можно было приобрести золото и алмазы. Ко второму типу “Берёзок” относились так называемые чековые магазины, в которых товары продавали за специальные сертификаты. В этих “Берёзках” имели возможность приобретать товары не только представители элиты, но и люди попроще.

“Корреспондент американской газеты Christian Science Monitor Д. Уиллис, работавший в Москве в конце 1970-х – начале 1980-х годов, рассказывал, что платил своим советским переводчику, водителю и уборщице часть зарплаты в чеках серии “Д”. Тратили они их чаще всего на одежду, и это иногда приводило, как отмечает Уиллис, к некоторому несоответствию между их статусом и внешним видом: “Когда наша уборщица приходила на работу, она снимала с себя прекрасно пошитую финскую дублёнку, импортную меховую шапку, перчатки и шикарные австрийские кожаные сапоги, надевала обычный фартук и как ни в чём не бывало приступала к опорожнению наших мусорных корзин”.

T&P

Дело в том, что в 50-х железный занавес немножко приоткрылся, и из СССР пошли потоки специалистов в различные дружественные страны, где требовались инженеры, строители, преподаватели и, конечно, военные. Довольно удивительно, что выезжавшие за границу граждане СССР за исполнение примерно тех же обязанностей, что и на родине, получали куда более высокие зарплаты. И, что самое важное, зарплаты получали не рублями, а валютой. Однако советское государство не могло терпеть наличия валюты на руках у населения, и в 1958 году Советом министров СССР было принято решение: граждане Союза, работающие за рубежом, должны были переводить всю свою зарплату на специальный валютный счёт в сформированном банке для внешней торговли (Внешторгбанке). За деньги на счету можно было по специальным каталогам заказать импортные товары. Благодаря этим мерам государство получало необходимую для своих нужд валюту.

“Незадолго до объединения магазинов в одну сеть произошло эпохальное для “берёзочной” истории событие: были введены в обращение специальные сертификаты Внешпосылторга – заменители валюты. До этого торговля с советскими гражданами осуществлялась по безналичному расчёту: человек переводил свою валюту со счёта во “Внешторгбанке” на счёт Внешпосылторга и затем мог получить в магазине выбранный им товар. Система была довольно неудобной, но нельзя же было разрешить советским гражданам расплачиваться в советских же магазинах наличной валютой. В СССР существовала государственная валютная монополия, то есть наличие у советского гражданина иностранной валюты, а тем более какие-либо валютные операции были уголовно наказуемы в виде лишения свободы на срок от 3 до 8 лет, а при отягчающих обстоятельствах – и на срок от 5 до 15 лет или даже в виде смертной казни”.

Радио “Свобода”

Каталоги оказались крайне неудобными. Заказанный товар невозможно было обменять, что вызывало проблемы, например, если обувь или одежда не подходила по размеру. Поэтому с 1964 года были созданы магазины, в которых товар менялся на сертификаты, а с 1977 года – на так называемые “чеки”. Номинал чеков варьировался от копейки до ста рублей. Вскоре система заработала на полную, и советские граждане за рубежом валюту получали только для каких-то необходимых нужд – как командировочные (суточные). Основную же часть своей зарплаты они получали на родине чеками.

“В “Берёзках” были представлены в основном западноевропейские и восточноевропейские товары, а также советские товары, но только “экспортного качества”. Купить можно было не только одежду и обувь, но и бытовую технику, мебель и даже, как мы слышали, дефицитные книги. Но что, может быть, ещё более важно – с помощью Внешпосылторга человек мог обеспечить себя такими вожделенными и труднодоступными составляющими советского потребительского идеала, как машина, кооперативная квартира или путёвка в дом отдыха. Тем самым связь с заграницей (работа там или наличие друзей или родственников) автоматически становилась для советских граждан способом улучшить свою жизнь в СССР. И касалось это даже высоких советских чиновников”.

Радио “Свобода”

Однако, даже лишая граждан наличной валюты, государство продолжало зарабатывать на беспомощности советского человека. Цены на одни и те же товары в советских “Берёзках” были в разы выше, чем в зарубежных магазинах. Государство выстроило систему, которой позавидовал бы Сергей Мавроди. Сначала оно забирало заработанную валюту у граждан, потом закупало за неё импортные товары – и продавало эти товары гражданам в несколько раз дороже закупочной стоимости. И всё-равно люди, получавшие чеки и имевшие возможность их отоварить в “Берёзках”, находились в привилегированном положении по сравнению с остальными жителями СССР.

“Этот магазин был рядом с общежитием иностранных специалистов, все про него знали. Когда в городе стало много иностранцев, начали появляться на руках и у наших людей доллары. Это, конечно, было нельзя, но иностранцы делились с друзьями чисто на бытовом уровне. Например, боевая комсомольская дружина вытаскивала наших девушек с окон этого общежития для иностранцев. Так вот девушки эти ходили потом в “Берёзку”, договаривались с продавщицами и рассчитывались валютой. В общем, если у кого-то завелись эти доллары, то за определённую комиссию продавцу можно было в этой “Берёзке” отовариться”.

Воспоминания жителя Набережных Челнов об обстановке в городе в связи со строительством завода КамАЗ в середине 70-х годов

Интерьер валютной “Берёзки” на Большой Дорогомиловской улице, 1974 год

“Я вам объясню, просто несите это через поколения и рассказывайте. “Большой” назывался суп, “Большой театр”. Это когда люди приезжали в гостиницу, отмывали чистенько биде, потом впоследствии им (биде) больше не пользовались, а кипятильником варили там суп из пакетиков, который привозили из Советского Союза. Это называлось “суп Большой театр”. Ну потому что кастрюли в номере могло не быть. У всех был маленький кипятильничек, даже у меня, я же путешествовал очень много в Советском Союзе. И мы ещё брали с собой пару батонов сухой колбасы какой-то, находили сухую колбасу. Ну чтобы перекусить, например, вечером, а не идти тратить деньги. Нам давали сколько-то там денег на суточные, которые можно было проесть. Например, семьдесят долларов, я сейчас не побоюсь этого слова. Семьдесят долларов – это 30 процентов, если у тебя там, например, завтрак включен. Но ты понимаешь, что 70 долларов ты не можешь отнести, как идиот, просто в ресторан – это просто ну как бы оскорбительно. Потому что за 100 долларов можно было купить двухкассетник. Ну как ты можешь прохавать кусочек двухкассетника? Это позор! Поэтому делали суп “Большой театр”.

Сергей Доренко в эфире радиостанции “Говорит Москва”

Как вы помните, за владение валютой в СССР гораздо проще было получить не товар, а немалый срок. КГБ вело постоянный надзор за каждым магазином и его сотрудниками. Если человек вызывал подозрение при попытке расплатиться валютой в валютной “Берёзке”, его могли спросить о происхождении денег. После чего можно было отправиться и в тюрьму. Гораздо проще было в чековых “Берёзках”. Чеки на легальной основе получало немалое количество людей самых разных социальных групп. Иногда людей могли спросить о происхождении чеков или попросить документы, но случалось такое нечасто. По сути чеки в СССР превратились в альтернативную денежную единицу, которая давала возможность приобретать материальные блага принципиального иного уровня, гораздо выше советского.

“В московской телефонной книге названы филиалы №1 и №2 магазина “Берёзка” №4 и помечено: “Население не обслуживается”. А кто же тогда? Привилегированные. Вы – привилегированный – и пришли в такой спецмагазин. Вахтёр у входа смотрит на вас оценивающим взглядом: относитесь вы к “контингенту” или просто обнаглевший советский гражданин, которого надо одёрнуть, чтобы не садился не в свои сани? Если вы хорошо одеты, у вас солидный вид, заграничные вещи и вы на него не обращаете внимания, он вас пропустит. В противном случае он спросит, куда вы идёте, и предложит выйти вон. И вы беззвучно выйдете, потому что знаете: иначе будут неприятности. Вам, советскому гражданину, указали ваше место”.

Михаил Восленский, “Номенклатура: господствующий класс Советского Союза”

Закономерным образом в СССР образовался подпольный рынок чековых сертификатов. Советский гражданин мог обменять их у спекулянтов на рубли. Спекулянты в свою очередь торговали как сертификатами, так и товарами, приобретёнными в магазинах за чеки. Помимо спекулянтов (которых советское государство очень не любило) можно было нарваться и на самых настоящих мошенников, которые при обмене старались подсунуть человеку “куклу” из поддельных рублей или сертификатов. Проблема обманутого человека была ещё и в том, что у него не было возможности обратиться в милицию: официально чеки обменивать было запрещено.

Магазин “Берёзка” на Васильевском острове в (тогда ещё) Ленинграде, 1991 год

“Я очень любила Amaretto. И мы зашли с ним как-то, вот здесь у нас на Ленинском был магазин валютный. У Коли оставались доллары. Он говорит: “Знаешь что, пошли они все куда угодно! Пусть меня арестуют, в конце концов, я что, эти деньги не заработал?” Мы зашли, я такая трусиха, я, конечно, вся дрожала. Он взял Amaretto, взял ещё что-то, мы купили и вышли. Я думаю: “Сейчас нас арестуют, сейчас нас арестуют!” Никто нас не арестовал, но пользовались мы этим нечасто”.

Жена корреспондента советского телевидения, работавшего в Египте

Сеть магазинов “Берёзка” существовала до самого конца 80-х.

Валютный магазин “Берёзка” в Сочи, 1987 год

В январе 1988-го было объявлено о закрытии сети в рамках кампании “по борьбе с привилегиями” и “за социальную справедливость”. В последние дни своей работы “Берёзки” отметились впервые возникшими там очередями и дефицитом: владельцы чеков экстренно избавлялись от них до закрытия магазинов.

“Берёзка” на Большой Дорогомиловской в 1988 году, накануне закрытия. Население избавляется от чеков.

Вскоре был отменён запрет на куплю-продажу валюты, а вслед за ним упразднили и Советский Союз. Страна вступала в рыночные отношения ужасных 90-х.

Зная настоящую историю СССР, удивительно сегодня наблюдать за тем, как множество людей скучает по советским временам. Загадочная русская тоска наподобие тоски на чужбине по берёзовым рощам.

В тексте использованы цитаты из интервью историка Анны Ивановой.

Пост подготовил Алекс Кульманов

Сколько бочек чёрной икры можно было купить в СССР на зарплату Советская торговля

Как народ умирал и сходил с ума в советских очередях
Торгаши как признак продажных ментов Особенности чеченской торговли Лихие 90-е: свобода торговли