Почему нельзя лечить гипертонию лекарствами или Как врачи пациентов убивают

Повышение давления, как и повышение температуры – это реакция организма на что-то. Современной науке неизвестно, на что, поэтому она и ставит такой удивительной по своей дебильности диагноз: «гипертоническая болезнь»!

Фрагменты интервью с доктором Шишониным из журнала “Story”:

“- Давайте сегодня про главного убийцу поговорим – про гипертонию… Нет более распространённого заболевания, чем это! И более недооцененного пациентами с точки зрения его опасности. А опасна гипертония тем, что даже при очень высоких показателях человек не всегда может её чувствовать. Бывает, приходит парень 30-летний, жалуется на поясницу. Меряешь ему давление, а там 180 на 90! Коварна она – эссенциальная гипертония: живёт-живёт человек, а потом хлоп – и нету.
– Почему эссенциальная?
– Хороший вопрос, кстати. Сейчас и про это расскажу. В современной медицине выделяют два типа гипертонии. Первая – привязанная к каким-то заболеваниям, сопутствующая. Возьмём феохромоцитому – опухоль надпочечников. При этом заболевании выделяется огромное количество гормонов, которые провоцируют постоянное повышенное давление. Тот же эффект даёт гипертериоз (повышенная продукция гормонов щитовидной железы). Вылечил щитовидку или удалил опухоль надпочечников – гипертония прошла. Таких диагнозов, которые могут вызывать вторичную гипертонию, несколько сотен. И все эти сотни диагнозов укладываются в 5% всей гипертонии в мире. А что же остальные 95%? Вот тут самое удивительное: человека обследуют – и ничего у него не находят! И ставят диагноз методом исключения: у тебя, чувак, эссенциальная гипертония. От слова «эссенция», то есть «вытяжка», «первоооснова», «выделение». Ёе «лечат» таблетками, которые снижают давление. Пугают пациентов: не хочешь инфаркта и инсульта – пей таблетки, не будешь пить – получишь инфаркт или инсульт. Но по факту получается, что пьёт он их, что не пьёт – всё равно получает инфаркт или инсульт.
– Почему?
– Потому что диагноз не поставлен! Что такое эссенциальная гипертония? По сути, гипертония гипертонии. Но это же абсурд, поскольку гипертония – симптом, а не диагноз. Это общая неспецифическая реакция организма – такая же, как температура. А её называют отдельной болезнью, с умным видом заявляя больному: гипертония и есть причина вашей гипертонии! Это то же самое, что сказать человеку, у которого жар: у вас температура, потому что у вас температура, ваш диагноз – температурная болезнь. Давайте собьём температуру!..
Называть гипертонию болезнью – значит опускаться на уровень шаманизма. Скрючило человеку живот от пищевой токсикоинфекции, он три дня в туалет побегал, шаман в бубен подолбил, отогнал злых духов – молодец шаман! А если это не отравление, а перитонит, человек умер – значит, не смог злого духа прогнать шаман, хотя тоже молодец: старался, устал, вспотел… Вот сейчас ситуация с перитонитом и аппендицитом в медицине закрыта, там всё ясно, и мы не допускаем смерти человека. А в ситуации с гипертонией – все ещё отгоняем злых духов, только вместо бубна – лекарства.
Повышение давления, как и повышение температуры – это реакция организма на что-то. Современной науке неизвестно, на что, поэтому она и ставит такой удивительной по своей дебильности диагноз: «гипертоническая болезнь»! И тут же встаёт вопрос: как нам сбить это давление? Стали думать. Что при повышении давления происходит? Сжимаются артериолы. Это простая гидродинамика – гладкая мускулатура сосудиков сжала их, сечение труб уменьшилось, соответственно, давление в системе поднялось. Значит, надо найти препарат, который действует на гладкую мускулатуру сосудов, не давая им сжиматься. Нашли такой препарат, который при помощи отравления расслабляет гладкую мускулатуру.
– Почему отравления?
– А как иначе? Человек состоит из клеток. Организм по какой-то загадочной причине даёт команду клеткам гладкой мускулатуры сжаться. Как сделать так, чтобы клетки не выполнили команду? Путем угнетения функции клеток! А для этого их нужно притравить, загасить их жизнедеятельность, блокировать метаболизм. Что и делает «лекарство». Если передозировать этот клеточный яд, вообще случится клеточный коллапс, давление резко упадёт, то есть система вообще не будет держать давление! Поэтому травят дозированно, чтобы сразу не убить. А врачи радуются: смотри-ка, давление у клиента упало, мы лечим гипертонию!.. Это был первый механизм повышения организмом давления – сжатие артериол.
Второй механизм, как организм может повысить давление – увеличить силу сердечных сокращений. Для этого сердце наращивает свою мышечную массу – происходит гипертрофия миокарда. Это прекрасно видно на УЗИ или ЭКГ: о, стенка левого желудочка утолщена, гипертония у вас… Что же делать? А давайте ослабим сердце! И назначают бета-блокаторы, угнетающие функцию сердечных клеток.
На клеточных мембранах кардиомиоцитов (сердечных клеток) есть специальные бета-рецепторы, воспринимающие химические управляющие сигналы и трансформирующие их в сокращение сердечных клеток. Приняли мы бета-блокаторы, заблокировали клеточные рецепторы, клетки перестали управляться, поскольку перестали чувствовать сигналы. И этот удар токсинами, тормозящими деятельность сердечных клеток, человек наносит себе каждый день, принимая «лекарства». Чувствуете? Спасение сердечно-сосудистой системы идёт полным ходом!.. Американская ассоциация кардиологов провела лет десять назад исследование, согласно которому тот, кто пьёт бета-блокаторы, умирает от инфаркта чаще, чем тот, кто не лечится.
Как ещё организм может повысить себе давление, если ему это очень надо (зачем-то)? Повысить возбудимость нервной ткани, управляющей сердцем. В сердце есть свой автономный «мозг» – пучки Гисса, волокна Пуркинье, в общем, целый комплекс из нервной ткани – подстанция управления миокардом. Вот этот сердечный «мозг» и становится гипервозбудимым с целью повышения давления. Но врачи не дремлют! Они нашли избирательные реактивы и для этих клеток, чтобы их тоже травануть.
Наконец, четвертый – самый варварский метод борьбы с высоким давлением – до сих пор, к сожалению, применяемый медициной даже в Москве – прописывать мочегонное. Раньше врачи при повышенном давлении делали кровопускание, а теперь сливают «излишнюю» жидкость через почки в виде мочи. Пусть больной пописает, у него лишняя вода выйдет, в том числе и из крови, вот давление «в трубах» и упадёт.
– С точки зрения гидравлики, это правильное решение. А с точки зрения медицины, не знаю, потому что кровь загустеет, ведь количество кровяных телец не уменьшится, а воды станет меньше.
– Вот именно. Но об этом не думают. У тебя давление? Пей бруснику, травяные сборы, принимай калий-сберегающие диуретики, гони мочу… А потом раз – и тромб. И труп. А из менее трагичных последствий – постоянная ишемия, то есть недостаточность снабжения тканей кислородом, поскольку густая кровь хуже переносит кислород… А вот зачем организм вдруг начинает накапливать воду с целью повышения давления в системе, никто не задаётся вопросом всё по той же причине: поставлен глупый диагноз, и «лечат» симптомы, а не болезнь.
Ну и как в таких условиях обычно развивается гипертоническая трагедия? Начинают больного «гипертонической болезнью» лечить с какого-то одного препарата. Потом он перестаёт действовать и назначают второй… Разберём на примере бета-блокаторов. Заблокировали мы бедной клетке бета-рецепторы на мембране. А ей же сокращаться надо! И она компенсирует потерю – начинает экспрессию новых, дополнительных рецепторов. И у гипертоника давление опять начинает расти. Ему увеличивают дозу, как наркоману, потому как прежняя уже не берёт. Клетка в ответ начинает дальше экспрессировать рецепторы, чтобы обойти «запрет». Больному говорят: ах, какая у вас сильная гипертония! И прописывают второй препарат – который травит теперь уже сосуды. То есть сердце прикончили, теперь за артериолы принялись. Вводят в организм блокаторы кальциевых каналов, клетки артериол в ответ на химическую атаку начинают производить новые кальцевые каналы. И опять сокращаются, перекрывая сечение и увеличивая давление. В ответ врачи увеличивают дозу.
Затем наступает третья серия трагедии – назначают диуретики. И в итоге самые тяжелые пациенты ко мне приходят с пригоршней прописанных препаратов – до пятнадцати штук! Представьте только, пятнадцать препаратов – и все равно у него давление прёт! Если я приму такую дозу с непривычки, я через полчаса умру от сердечно-сосудистого шока. А у этого бедолаги организм в попытке выжить адаптировался к лошадиным дозам отравы.
И в итоге что? В итоге все эти люди всё равно умирают от сердечной недостаточности, потому что сердце уже настолько отравлено, что просто не может больше работать. Инфаркт или ишемический инсульт.
– То есть, по сути, они умирают из-за лекарств?
– Парадоксально, но факт. Токсины так отравляют клетки органов, что те уже не могут выполнять свои функции.
И ведь не только сердце и сосуды гробят эти сердечно-сосудистые лекарства! Но ещё и печень, потому что именно печень должна выводить из организма токсины. И чем больше человек принимает препаратов от давления, тем больше у него страдает печень. Поэтому параллельно с такими препаратами в Европе, например, назначают ещё и гепатопротекторы – препараты, поддерживающие печень, чтобы человек раньше времени дуба не дал. А то, знаете, как бывает – пьёт, пьёт человек кучу препаратов, а потом хлоп – лекарственный цирроз печени.
А печень связана с поджелудочной, они работают в тандеме, у них даже протоки в двенадцатиперстную кишку через один сфинктер выходят. Поэтому вместе с печенью страдает и отравляется поджелудочная, поэтому у принимающих много препаратов гипертоников очень часто встречается хронический панкреатит, который может перейти в неизлечимый и смертельный панкреонекроз.
Ну и естественно, страдают почки, потому что через них с мочой вся эта дрянь выводится. Причем, токсические эффекты зачастую превалируют над мнимым положительным эффектом от лекарств. Приходит ко мне такой человек: «Доктор, хоть что сделайте, лишь бы мне не пить больше эти пригоршни таблеток. Потому что меня от них тошнит, у меня всё болит, есть ничего не могу, поскольку панкреатит…»
– А что скажет такому пациенту, затравленному этой медленной химиотерапией, врач обычной поликлиники?
– Направит к гастроэнтерологу, там ему пропишут ещё препаратов – от желудка. Потом сядут почки, его направят к нефрологу – там тоже пропишут. И так вплоть до хронического гемодиализа.
В итоге человеку плохо, он мучается всё больше, и в какой-то момент он понимает, что его не лечат, а калечат, а он травится и погибает. На этом фоне у пациента развиваются тяжелейшие астено-невротические состояния вплоть до психозов. Дальнейшая логика – клиника неврозов, где ему прописывают транквилизаторы, которые успокаивают перевозбужденные нейроны мозга тем, что их точно так же подтравливают, снижая функцию клеток.
Вот так вот без преувеличения выглядит современное медикаментозное лечение…
– Триумф! Полная победа прогресса над здравым смыслом!.. А если человек вообще откажется от таблеток?
– Скорее всего проживет дольше – из самых общих соображений: потому что он не травится ежедневно. Но статистически этого подтвердить нельзя, потому что медицинская статистика строится только на тех пациентах, которые принимают препараты. Ведь это медицинская статистика, а те, кто к медицине не обращается, в неё не попадают.
А если вернуться к отказу от таблеток, то понятно, что у человека, не принимающего таблетки, не только не будет хронической интоксикации, что уже хорошо, но и сам синдром роста давления без лекарственного подстёгивания будет развиваться медленее: организм не будет все время стараться опередить лекарство! Главное, на эти таблетки сразу не садиться. Сесть-то на них легко, слезть трудно. Ну попробуй-ка бета-блокатор отмени! У человека в клетках уже наросла куча новых дополнительных рецепторов, и если вдруг он забыл дома таблетки и не принял очередную дозу, все его блокаторы разом сработают, и давление так скакнёт, что мама не горюй!
– Как с наркотиками.
– Один в один. Только кайфа нет… Единственное, что угрожает человеку, который таблеток не пьёт, – кризы, когда давление слишком сильно подскакивает, скажем, до 240 на 140. Но сбить такое высокое давление можно, разово приняв таблетку или даже вовсе без лекарства. Многие об этом не знают и предпочитают принять 150 грамм коньяка или водки, и это тоже работает. Но гуманнее для организма просто отправиться на получасовую прогулку. Давление упадёт.
– Лучше водки, конечно.
– Проблема в том, что многие больные на этом способе спиваются. Поэтому мне сначала приходится лечить их от алкоголизма, а потом уже от гипертонии. Смешно, но факт… Вместо водки лучше принять 60-100 капель валокордина, валерьянки или пустырника на спирту. Главное успокоить мозг. Потому что криз сопровождается паникой, а эта паника как раз не даёт сбросить давление. Чтобы победить криз, нужно взять себя в руки, а для этого понять, что от криза вы не умрёте вот сию секунду. Вам плохо, вас трясёт, вам страшно, но вы живы и потому можете действовать. Опытные люди, которых я научил, не паникуют, они чувствуют, что давление начало расти, и сразу предпринимают какие-то действия. Выпил валокордин или пошел на улицу, полчаса погулял, продышался, руками покрутил, насытил мозг кислородом – и избежал криза. Когда один раз победишь криз без «скорой», без таблеток, перестаешь его бояться.
Но самый лучший вариант – чтобы Шишонин оказался рядом в момент криза, потому что любое сколь угодно высокое давление я могу снять руками за несколько минут. Потому что Шишонин, в отличие от современной медицины, знает причину гипертонии! Причина в мозге. Это мозг отдаёт команды на повышение давления – из-за того, что ему не хватает кислорода. Мозг – главный потребитель кислорода. Ему наплевать, какое там сердце или сосуды, пусть даже сердце через пять минут остановится, мозг будет упорно давать команды на повышение давления всеми способами, чтобы продавить в череп кровь и прожить еще пять минут, потому что мозг не может без кислорода.
Это мозг сначала заставляет сердце работать сильнее, гипертрофируя миокард. Это он на второй стадии зажимает капилляры, повышая таким образом давление в системе и жертвуя периферией, которая снабжается по капиллярам – зрением, потенцией… Это он на третьем этапе начинает задерживать жидкость в организме, не давая ей уходить через почки. Это он перевозбуждает нейроны сердечной мышцы. А всё потому, что ему хронически не хватает кислорода.
Что же мешает доставке кислорода к мозгу? Ответ прост до безобразия…”

Продолжение можете прочесть в журнале.