Есть приёмы против «короны»: российский препарат защитит от осенней волны

Владислав Стрекопытов. Минздрав одобрил еще один российский препарат от коронавируса на основе фавипиравира — «Арепливир» саранского завода «Биохимик». Первый — «Авифавир» — утвердили в конце мая. А ведь клинические испытания начались только в апреле. РИА Новости выяснило, как фармкомпаниям удалось уложиться в такие сроки.

Новая эра в лечении коронавируса

Создание лекарства от COVID-19 можно сравнить только с открытием антибиотиков, спасших человечество от бактериальных инфекций. И Россия одной из первых разработала препарат против новой опасной болезни.

Клинические исследования показали: его эффективность — 90 процентов, то есть девять человек из десяти при своевременном лечении гарантированно не погибнут.

В поисках лекарства

На создание лекарственных препаратов обычно уходят годы. Поэтому пока одни ученые спешно занялись разработкой вакцин против коронавируса, другие решили опробовать уже имеющиеся медикаменты.

В частности, тестировали противовирусные, иммуномодулирующие и респираторные средства. Особые надежды возлагали на американский «Ремдесивир», применявшийся против Эболы и доказавший эффективность в борьбе с возбудителями SARS и MERS, а также на японский препарат для лечения гриппа фавипиравир.

Оба лекарства — широкого спектра действия против РНК-вирусов, к которым относится и SARS-CoV-2. Они подавляют РНК-зависимую РНК-полимеразу — фермент, необходимый для репликации патогена в клетках. Другие же препараты только препятствуют проникновению вируса в клетки.

«Ремдесивир» успешно прошел клинические испытания в США и Германии, и 1 мая Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) выдало в упрощенном порядке — через два дня после того, как закончилось тестирование — разрешение на «экстренное использование» «Ремдесивира» для лечения COVID-19.

Российские ученые и представители фармацевтических компаний взяли за основу японский препарат, быстро провели клинические испытания и наладили выпуск лекарств на основе фавипиравира.

От фавипиравира — к «Арепливиру»

Компания Toyama Chemical, входящая в корпорацию Fujifilm Holdings, разработала фавипиравир как лекарство от гриппа в 2002 году. Однако эксперименты на животных показали, что его нельзя применять во время беременности из-за возможного негативного влияния на ДНК ребенка и риска повреждения плода, поэтому с одобрением возникли сложности.

В 2014-м фавипиравир все же зарегистрировали под торговым названием «Авиган». Его разрешили применять только для новых штаммов гриппа, резистентных к другим противовирусным препаратам — то есть в качестве крайней меры. За шесть лет такая ситуация не возникла ни разу, и о лекарстве могли бы забыть, если бы не коронавирус.

В феврале 2020-го в Китае, где фавипиравир выпускает компания Zhejiang Hisun Pharmaceutical как лекарство от гриппа под названием «Фавилавир», препарат попробовали для лечения COVID-19. В марте примеру китайцев последовали в Японии и Италии.

В апреле — мае в России к клиническим испытаниям разных вариантов препарата приступили три фармацевтические компании — «ХимРар», «Промомед» и «Технология лекарств», входящая в группу «Р-Фарм». Первым одобрение Минздрава получил «Авифавир», созданный в «ХимРар» при поддержке Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ). И вот теперь — «Арепливир», производимый ООО «Промомед» на заводе «Биохимик» в Саранске.

«Сложность новой коронавирусной инфекции в том, что не было лекарства, которое действует этиологически, то есть убирает причину, — рассказывает РИА Новости Петр Белый, председатель Совета директоров ООО „Промомед“. — Мы взяли молекулу, созданную в Японии для лечения другого заболевания, и одними из первых провели полномасштабные клинические исследования. В этом Россия оказалась впереди многих стран».

АО «Биохимик» — один из крупнейших производителей лекарственных препаратов. Завод полного цикла выпускает все виды медикаментов.

«У нас огромная биотехнологическая платформа — сотрудники, приборы, технологии, ученые и клиницисты, которые с нами работают. Это позволило нам двигаться довольно быстро, — объясняет Белый. — Мы привлекли биологов. Люди трудились без выходных. Пришлось заново пересчитывать и дозировки, и курсы, определять, какой чистоты должна быть субстанция. В итоге все технологические решения — наши собственные».