Приди в мои объятья

Политический дебют К. А. Собчак оценивают по-разному.

Одни просто указывают на результат: 1,67% голосов — это, как ни верти, не очень много. Имея менее 2%, изобразить что-нибудь величавое довольно трудно. Опять же сторонники такой точки зрения рассматривают результат К. А. Собчак в общем контексте русского либерализма-2018, суммируя ее процент с процентами Г. А. Явлинского и Б. Ю. Титова и получая вкупе 3,47%. Не слишком перспективно и для Собчак и для либерализма вообще.

Другие указывают, что цыплят по осени считают, в качестве первого бала Наташи Ростовой это даже и ничего, а дебютантка прорвалась-таки на четвертое место — первые три наглухо зарезервированы за В. В. Путиным, за КПРФ и за ЛДПР. А поскольку в следующем цикле все эти места будут вакантны, то уже говорить о полном и окончательном фиаско Собчак преждевременно. А ну, как с ее молодостью и смелостью сделает мощный рывок вперед?

Вроде бы и те, и другие правы, но, чтобы понять, в чем могут заключаться перспективы К. А. Собчак, интересно ознакомиться еще и с ее беседой с народным борцом А. А. Навальным сразу после голосования.
К. А. Собчак в своем фирменном стиле явилась к А. А. Навальному с предложением «Приди в мои объятья и будем вместе вести борьбу», но А. А. Навальный смекнув, что это будут скорее объятия анаконды, отверг ласку К. А. Собчак, причем в довольно резких выражениях — «Ты сама — часть лживой фальсифицирующей схемы, которая не допустила меня на выборы. Все твои дела отвратительны. Ты телеграмму Путину отправила, когда с избирательного участка вышла? Я отказываюсь с тобой сотрудничать. У нас с тобой нет общего дела. На этих так называемых выборах ты показала себя чемпионом лицемерия. Ты лжешь в каждом своем слове. Ты — карикатурный либеральный кандидат».

То есть «Волчица ты, тебя я презираю. К Птибурдукову ты уходишь от меня. Волчица старая и мерзкая при том». Героический Алексей Анатольевич — «Я человек реальных дел. У меня люди постоянно сидят под арестом» — ярко выступил в роли Васисуалия Лоханкина, что даже как бы и диссонирует с его привычным образом Гармодия, а равно Аристогитона.

Презрение к волчице Ксении Анатольевне объяснялось тем, что волчица переиграла его вчистую. Объявленная им «Забастовка избирателей» провалилась. На мордобой в центре Москвы желающих выйти не обнаружилось. Разоблачения неслыханного подлога не сработали. В результате чего к А. А. Навальному окончательно потеряли интерес.
Тем более, что и прежние восторги креативного класса по поводу героя становились все более натужными и неестественными, демонстрируя всю непрочность брака по расчету, если расчет не оправдывается. Прогрессивная общественность и прежде тяготилась тем, что «Навальный слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, прекраснолицыми, становится нетерпимым в должности русского Гавела. Поэтому я предлагаю друзьям обдумать способ перемещения Навального с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Навального только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т. д.».

За исключением некоторых граждан обоего пола, чья любовь к А. А. Навальному носила прямо эротический характер, в основном рукопожатная публика относилась к нему, как к тарану, который проделает за них необходимую работу. Когда же выяснилось, что таран совершенно не таранит, а только сотрясает воздух — врата же адовы стоят целехоньки, то надобность сносить деспотические замашки и невежественные манеры такого мнимого тарана сделалась вовсе неочевидной.

И тут как раз подвернулась бывшая ведущая «Дома-2», полностью удовлетворяющая требованиям «Письма к съезду», — «Манилов будет повеликатнее Собакевича». Если А. А. Навального в Йеле научили только навыкам тренера-кучера и распространителя гербалайфа, то К. А. Собчак, хотя и в Йеле не училась, очень талантливо воспроизвела американский стиль предвыборной кампании. Обцеловывание младенцев, «Верьте мне, люди!», улыбчивая барракуда, «Молодость, смелость!» — точь-в-точь Хиллари Клинтон, только в два раза моложе и здоровее и без шлейфа совсем уж темных дел. Для целевой аудитории такая «Настоящая Америка!» — то, что доктор прописал.

Аудитория же — это икорные борцы с режимом, т. е. гламурная и весьма сытая (режим ужасен, но кормит хорошо) столичная богема.
Богатая богема, мечтающая даже не о свержении режима (все-таки боязно), но о бесперебойном и всевозрастающем поступлении вкусных и здоровых грантов от этого режима —

«Самовластительный злодей!

Тебя, твой трон я ненавижу

И постоянный твой прокорм

С приятной сладостию вижу».

Между тем этот социальный слой, идеологически и культурно вполне влиятельный («хозяева дискурса» на нынешнем собачьем языке) лишен внятного политического представительства. Тогда как К. А. Собчак идеально выражает умонастроения смелых параситов. Богема и ведущая нашли друг друга, целевая аудитория оценила приверженность ведущей европейским ценностям (в смысле: современным европейским ценностям типа «марьяжа для всех», совриска и тому подобным приятностей), и особой конкуренции в борьбе за эту нишу пока не предвидится — ведущая может окучивать ее невозбранно.

«Напрасный труд — нет, их не вразумишь, —

Чем либеральней, тем они пошлее,

Цивилизация — для них фетиш,

Но недоступна им ее идея» —

эта социальная группа тоже ведь нуждается в политическом протагонисте.

А К. А. Собчак куда более годится на роль вождя либеральной пошлости, чем неудалый герой «Кировлеса». Так что дебют новичка был достаточно успешен.